Виктор закрыл последний отчёт за сегодняшний день и бросил взгляд на часы — половина седьмого вечера. Позади остался ещё один десятичасовой рабочий день. В свои тридцать пять он давно свыкся с таким распорядком: работа — дом — снова работа. Пост начальника отдела продаж в крупной строительной фирме требовал полной самоотдачи, зато стабильная зарплата в восемьдесят тысяч рублей казалась достойной компенсацией.
Телефон завибрировал — пришло новое сообщение. Виктор автоматически открыл мессенджер, заранее понимая, кто ему написал и о чём будет очередная просьба.
«Витя, срочно переведи 8 тысяч на карту. Дома продукты закончились, а до пенсии ещё целая неделя. Мама.»
Мужчина тяжело выдохнул. За эту неделю это был уже третий денежный перевод. Во вторник мать просила пять тысяч на оплату коммунальных услуг, а в четверг сестра Ольга попросила семь тысяч на новые туфли для работы. Быстро подсчитав расходы, Виктор понял, что за одну неделю родственницы получили почти двадцать тысяч.
— Опять… — тихо произнёс он, доставая телефон.
Лариса Павловна уже три года была пенсионеркой, однако постоянно повторяла, что четырнадцати тысяч пенсии ей катастрофически не хватает. Ольга работала продавцом-консультантом в магазине одежды, зарабатывала около двадцати пяти тысяч рублей, но каждый месяц уверяла, что денег ей всё равно недостаточно.
«Пара минут — и всё закончится», — подумал Виктор, открывая приложение банка. Но каждый подобный перевод забирал у него не только часть зарплаты, но и душевное спокойствие. Когда-то просьбы звучали раз в месяц, затем стали появляться каждые две недели, а теперь сообщения и звонки приходили почти ежедневно.
Вернувшись домой, Виктор разогрел вчерашний суп и включил телевизор. Его небольшая квартира-студия в новом доме была скромной, но уютной. Два года назад он купил её в ипотеку и теперь ежемесячно перечислял банку тридцать две тысячи рублей. Оставшихся денег вполне хватало бы на нормальную жизнь, если бы не постоянная финансовая помощь матери и сестре.
На следующее утро, едва Виктор переступил порог офиса, телефон снова зазвонил.
— Витенька, доброе утро, — ласково произнесла Лариса Павловна. — Как дела? Как здоровье?
— Всё нормально, мама. Что случилось?
— Да ничего страшного. Просто хотела попросить небольшую помощь. Не смог бы ты перевести нам с Олей тысяч десять? Мы вчера были в аптеке, а денег не хватило.
— На что в аптеке понадобилось десять тысяч? — спокойно спросил Виктор, хотя уже заранее понимал, что чёткого ответа не услышит.
— Ну лекарства сейчас дорогие. Потом ещё витамины купили, крем для лица… В общем, сумма приличная получилась.
— Мам, я же вчера отправил вам восемь тысяч.
— Витя, не жадничай. У тебя хорошая зарплата. Нам ведь всего десять тысяч нужны.
Виктор молча открыл мобильный банк. Спорить с матерью было бессмысленно: деньги он всё равно перевёл бы, только сначала пришлось бы выслушать длинные упрёки и объяснения.
— Хорошо, мама. Сейчас отправлю.
— Спасибо, сынок. Ты у нас самый заботливый.
После работы Виктор решил заехать к матери и сестре — проведать их и узнать, как они живут. Лариса Павловна жила в двухкомнатной квартире на окраине города вместе с незамужней дочерью Ольгой. После развода три года назад та вернулась к матери и с тех пор так и не съехала.
— О, Витя пришёл! — радостно сказала Ольга, открывая дверь. — Мы как раз думали, что пора покупать новую стиральную машину.
— Старая сломалась? — спросил Виктор, снимая куртку.
— Нет, просто уже старая, — ответила мать, выходя из кухни. — Семь лет работает. Пора обновить.
— А нынешняя чем вас не устраивает? — Виктор присел за стол, где уже стояла коробка дорогих пирожных.
— Ну как чем? — удивилась Ольга. — Мы же не обязаны пользоваться старой техникой. Видели в магазине новую модель — просто замечательная. Сенсорное управление, множество режимов.
— И сколько она стоит?
— Всего пятьдесят тысяч, — спокойно сказала Лариса Павловна. — Ты ведь поможешь нам её купить?
Виктор застыл с чашкой чая в руках.
— Мама, у меня нет таких свободных денег.
— Как это нет? — искренне удивилась Ольга. — Витя, ты же хорошо получаешь!
— Получаю. Но у меня ипотека, кредит за машину, обычные расходы. И ещё ваши постоянные просьбы о деньгах.
— Мы вовсе не каждый день просим! — обиженно сказала мать. — И суммы небольшие.
— Мама, только за эту неделю вы получили почти двадцать тысяч.
— Ну и что? Для тебя это не такие большие деньги, — пожала плечами Ольга. — Слушай, а может, просто отдашь нам свою банковскую карту? Тогда не придётся тебя постоянно беспокоить звонками. Сами будем снимать столько, сколько понадобится.
Виктор медленно поставил чашку на стол и внимательно посмотрел на сестру.
— Ты сейчас серьёзно?
— А что такого? — искренне удивилась Ольга. — Всем будет проще. Нам понадобятся деньги — снимем сами. И тебя лишний раз тревожить не придётся.
— Оля, это моя зарплатная карта. На неё приходит моя зарплата.
— Ну да. И что? Ты ведь семье помогаешь.
Виктор молча допил чай, поднялся из-за стола и направился к выходу. Он чувствовал, что его терпение подходит к концу.
— Мне пора. Завтра тяжёлый день.
— А как же стиральная машина? — не сдавалась Лариса Павловна. — Витя, нам действительно нужна новая.
— Купите сами. У вас есть пенсия и зарплата.
— Витя! — возмутилась мать. — Как ты можешь так говорить? Мы же одна семья!
Мужчина спокойно надел куртку.
— Именно поэтому вы решили, что можете распоряжаться моими деньгами в любой момент.
Следующий день оказался крайне напряжённым. Виктор полностью погрузился в подготовку важной презентации. Крупный застройщик рассматривал сотрудничество с компанией, и от результатов встречи зависели премии всего отдела.
Около половины двенадцатого телефон снова зазвонил. На экране высветился номер матери. Виктор сбросил вызов — сейчас отвлекаться было невозможно. Через минуту телефон снова зазвонил. Потом ещё раз. Затем ещё.
За тридцать минут Лариса Павловна вместе с Ольгой позвонили четырнадцать раз. Коллеги уже начали оглядываться, а раздражение Виктора росло с каждой новой вибрацией телефона.
— Может, всё-таки ответишь? — спросил сидевший рядом Максим. — Вдруг случилось что-то серьёзное?
— Если бы случилось, давно написали бы сообщение, — недовольно ответил Виктор, снова отклоняя звонок.
Лишь около половины седьмого, завершив презентацию, он смог перезвонить домой.
— Витя! — взволнованно произнесла Лариса Павловна. — Наконец-то! Мы уже переживать начали!
— Мама, я был на работе. Что произошло?
— Мы сегодня вечером заедем к тебе. Нужно серьёзно поговорить.
— О чём?
— Лучше обсудим лично. Будем примерно через час.
Домой Виктор приехал раньше гостей. Он сварил кофе, включил новости и попытался немного расслабиться после тяжёлого рабочего дня. Но чувство тревоги не исчезало — слишком уж настойчивыми были сегодняшние звонки.
Ровно в восемь вечера раздался звонок в дверь. На пороге стояли мать и сестра. Лариса Павловна выглядела обеспокоенной, а Ольга держала большую сумку.
— Заходите, — сказал Виктор.
Женщины разделись и прошли в комнату. Обычно мать сначала расспрашивала сына о работе и самочувствии, но сегодня сразу заговорила о главном.
— Витя, нам срочно нужны деньги.
— Сколько? — устало спросил он.
— Семьдесят тысяч, — спокойно ответила Лариса Павловна, будто речь шла о самой обычной сумме.
Виктор застыл, не сразу поверив услышанному. Никогда прежде родственницы не просили у него столько денег сразу.
— Семьдесят тысяч? — переспросил он. — Мама, это же…
— Да, сумма большая, — перебила она. — Но ситуация действительно срочная.
— Для чего нужны такие деньги?
— Мы сегодня с Олей и её подругами решили сходить в ресторан, — невозмутимо объяснила Лариса Павловна. — Посидели, пообщались, заказали разные блюда, хорошее вино. Отлично провели время.
Виктор непонимающе посмотрел на мать, пытаясь уловить связь между рестораном и просьбой о семидесяти тысячах рублей.
— И что дальше?
— Потом принесли счёт, — спокойно сказала мать. — На семьдесят тысяч.
— Семьдесят тысяч за один поход в ресторан?! — не выдержал Виктор.
— Ну не только за нас двоих, — уточнила Ольга. — Нас было человек восемь. Заказывали хорошее вино, устрицы, мясные блюда…
— Подождите, — перебил её Виктор. — То есть вы сознательно заказали еды и напитков на семьдесят тысяч?
— А что здесь такого? — удивилась Лариса Павловна. — Мы давно не виделись с подругами. Захотелось красиво провести время.
— По какому поводу?
— Да просто решили отметить жизнь, — беспечно махнула рукой мать. — Не в этом дело. Мы оплатили счёт своими деньгами, а теперь их нужно вернуть.
Виктор почувствовал, как лицо вспыхнуло от сдерживаемого возмущения. Перед ним сидели два взрослых человека, которые искренне считали нормальным потратить семьдесят тысяч рублей на ресторан, а затем потребовать эту сумму у него.
Виктор медленно посмотрел на мать и спокойно произнёс:
— Мама, вы только что сами сказали, что потратили семьдесят тысяч рублей. Собственные деньги. На ресторан. А теперь хотите, чтобы я полностью компенсировал вам эти расходы?
— Конечно! — Лариса Павловна даже удивилась такому вопросу. — У тебя ведь есть возможность помочь.
— А с какой стати я должен оплачивать ваши развлечения?
— Потому что мы семья! — тут же вмешалась Ольга. — И потому что ты зарабатываешь гораздо больше нас!
— И потому что теперь нам совершенно не на что жить до конца месяца, — добавила мать, протягивая ладонь. — Давай деньги и не будем зря терять время.
Говорила Лариса Павловна так уверенно, словно не просила помощи, а требовала то, что ей принадлежало по праву. Ни тени смущения, ни попытки извиниться — только уверенность, что сын обязан выполнить её желание.
— Нет, — негромко ответил Виктор.
— Что значит «нет»? — растерянно переспросила мать.
— Это значит, что семьдесят тысяч рублей я вам не дам.
— Витя! — вскрикнула Ольга. — Как это не дашь? Нам же они необходимы!
— Нужно было думать об этом до того, как вы заказали устриц и дорогое вино, — холодно произнёс Виктор.
— Но мы же потратили абсолютно все деньги! — не сдавалась сестра. — Теперь нам действительно нечего есть!
— Значит, придётся экономить.
— Экономить? — ошеломлённо переспросила Лариса Павловна. — Витя, ты сейчас серьёзно говоришь?
— Более чем серьёзно.
— Но почему? У тебя ведь есть деньги! Для тебя это не такие уж большие суммы!
— Потому что я не обязан оплачивать ваши походы по ресторанам! — наконец повысил голос Виктор.
— Обязан! — резко возразила Ольга. — Ты мужчина в семье! Ты должен заботиться о нас!
— Заботиться — это одно. Исполнять любые ваши прихоти — совсем другое.
— Какие ещё прихоти? — вспыхнула сестра. — Мы просто сходили пообедать!
— Пообедали на семьдесят тысяч! — не выдержал Виктор. — Это вообще нормально? Вы устроили настоящий банкет, а теперь хотите повесить счёт на меня, хотя меня там даже близко не было! Вы совсем перестали понимать границы.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Лариса Павловна и Ольга смотрели на Виктора так, словно впервые увидели его таким.
— Как ты смеешь разговаривать с нами в таком тоне? — первой нарушила молчание мать. — Я тебя родила, воспитала, а ты…
— А я что? — перебил её Виктор. — Годами отправляю вам деньги! Каждую неделю переводы! Постоянные звонки и просьбы!
— И что здесь такого? — раздражённо бросила Ольга. — Это твой долг!
— Мой долг — работать ради вас? — Виктор поднялся с кресла. — Полностью обеспечивать двух взрослых людей?
— Мы вовсе не просим нас содержать! — возразила Лариса Павловна. — Мы просто просим немного помочь!
— Немного помочь? — усмехнулся мужчина. — После ресторана за семьдесят тысяч?
— Мы тоже имеем право отдыхать! — заявила мать. — Я всю жизнь трудилась, теперь хочу жить в своё удовольствие!
— Никто не запрещает. Только за собственные деньги.
— Но их больше нет! — закричала Ольга.
— Значит, были. И вы сами решили их потратить.
— Это были последние! — призналась сестра.
— Тогда вы сами приняли плохое решение, — спокойно ответил Виктор. — Пусть теперь ваши подруги помогут.
Лариса Павловна поднялась с дивана и подошла ближе.
— Витенька, — уже мягче сказала она, — мы ведь родные люди. Неужели ты спокойно сможешь смотреть, как мы останемся без денег?
— Без еды вы не останетесь. Но оплачивать ваши развлечения я больше не собираюсь.
— Тогда хотя бы часть дай, — поспешила предложить Ольга. — Ну хотя бы тридцать тысяч.
— Нет.
— Двадцать?
— Нет.
— Тогда хотя бы десять! — почти взмолилась сестра. — Хоть какую-нибудь сумму!
— Ни рубля, — твёрдо ответил Виктор. — И вообще, больше никаких переводов. С этого дня всё заканчивается.
— Что?! — одновременно воскликнули мать и дочь.
— Именно то, что вы услышали. Мне надоело быть вашим личным банкоматом.
— Банкоматом? — Лариса Павловна даже задохнулась от возмущения. — Витя, разве можно так говорить родной матери?
— Можно. Потому что вы звоните мне исключительно тогда, когда вам нужны деньги. Всё.
— Это неправда! — возразила мать. — Мы всегда интересуемся твоей жизнью!
— Правда? — Виктор горько усмехнулся. — Когда вы последний раз спрашивали, как я себя чувствую? Как идут дела на работе? Есть ли у меня кто-то?
Лариса Павловна уже открыла рот, чтобы возразить, но быстро замолчала. Она и сама поняла, что последние годы все разговоры действительно сводились только к денежным вопросам.
— Мы были уверены, что у тебя всё хорошо, — тихо произнесла она.
— Но узнать об этом вы даже не пытались.
— Витя, не уходи от темы! — вмешалась Ольга. — Сейчас речь о помощи! Ты обязан помогать! Если денег не дашь, тогда мы останемся жить у тебя.
— Обязан? — Виктор подошёл к двери квартиры и широко распахнул её. — Нет. Я вам ничего не должен. Собирайтесь и уходите.
— Ты серьёзно? — недоверчиво спросила Ольга.
— Абсолютно. Покиньте мой дом. И больше не приходите ко мне за деньгами.
— Витя! — взмолилась Лариса Павловна. — Ты же не можешь выставить нас за дверь!
— Могу. И именно это сейчас делаю. Это моя квартира.
— Но мы же одна семья! — воскликнула мать, торопливо собирая сумку.
— Семья — это не один человек, который всех обеспечивает, и двое взрослых, привыкших жить за его счёт, — спокойно ответил Виктор.
Женщины нехотя оделись и направились к выходу. Уже на пороге Лариса Павловна обернулась.
— Ты ещё пожалеешь об этом, — бросила она. — Останешься совсем один.
— Зато перестану оплачивать чужие прихоти, — спокойно ответил Виктор и закрыл дверь.
Он несколько секунд стоял, прислонившись спиной к двери, глубоко дыша. Руки слегка дрожали, но внутри неожиданно стало легко. Впервые за долгие годы он сумел сказать своим родственникам твёрдое «нет» и не уступил.
На следующее утро телефон снова зазвонил. На экране высветилось имя матери.
— Доброе утро, Витенька. Как спалось?
— Нормально, мама.
— Мы подумали, что вчера ты был слишком нервный. Может, у тебя проблемы на работе? Или просто перенервничал?
— Нет никаких проблем. Я просто устал постоянно слышать только просьбы о деньгах.
— Витенька, мы ведь не просим ничего невозможного. Всего десять тысяч. На продукты.
— Нет, мама. Вы решили произвести впечатление на подруг, потратили огромную сумму, а теперь хотите, чтобы расплачивался за это я.
— Как это нет? — искренне удивилась Лариса Павловна. — Мы же вчера всё обсудили.
— Да. И я сказал, что больше не финансирую вас.
— Сынок, ты ведь сейчас не всерьёз?
— Очень даже всерьёз.
— А как же нам жить дальше?
— На пенсию и зарплату. Так живёт большинство людей.
Мать молча завершила разговор. Спустя полчаса позвонила Ольга.
— Витя, мама очень переживает после вашего разговора. Может, всё-таки не стоит быть таким категоричным?
— Стоит, Оля.
— Но без твоей помощи нам правда тяжело.
— Значит, ищи вторую работу. Или место с более высокой зарплатой.
— Это ведь не так легко…
— Но вполне возможно. Ты взрослый человек.
Так продолжалось ещё несколько недель. Каждый раз Виктор спокойно, но твёрдо отвечал отказом. И с каждым новым «нет» чувство вины становилось всё слабее, а внутреннее спокойствие — всё сильнее.
Примерно через месяц просьбы прекратились. Лариса Павловна иногда писала обычные сообщения — спрашивала о здоровье или работе. Ольга же перестала выходить на связь совсем.
Вскоре Виктор получил премию за удачно проведённую презентацию — пятьдесят тысяч рублей. И впервые за долгое время эти деньги остались у него. Он купил себе хороший костюм и съездил на выходные в соседний город, чтобы просто сменить обстановку и отдохнуть.
Сидя в уютном кафе с чашкой кофе и просматривая новости в телефоне, Виктор поймал себя на мысли, насколько изменилась его жизнь. Больше не было бесконечных звонков с просьбами. Не осталось чувства вины за отказ. Исчезло ощущение, будто он существует только для того, чтобы содержать взрослых родственников.
Конечно, ему было горько понимать, что для матери и сестры он давно превратился не в сына и брата, а в постоянный источник денег. Но теперь эта мысль уже не причиняла прежней боли — наоборот, она дарила ощущение свободы. Виктор наконец начал жить собственной жизнью, распоряжаться своими доходами по своему усмотрению и перестал испытывать угрызения совести за отказ оплачивать чужие желания.
Телефон снова завибрировал. На этот раз сообщение пришло от коллеги с приглашением на корпоратив. Виктор улыбнулся, не раздумывая ответил согласием и впервые за долгое время подумал о том, что теперь может позволить себе тратить деньги не только на других, но и на себя.